Преображение Господне

Преображение Господне – следующий после Пятидесятницы двунадесятый праздник, посвященный воспоминанию Преображения Господа Иисуса Христа. Евангельские чтения на утрене и литургии (Мф. 17, 1–13; Лк. 9, 28–36) и песнопения службы празднику дают полное представление об этом событии Священной истории.

Земная жизнь Господа Иисуса Христа подходила к концу. Близилось время Его страданий. Спаситель видел, что ученики Его веруют в Него, как в Сына Божия, и на вопрос Его к ним: «Вы за кого почитаете Меня?» Апостол Петр ответил: «Ты – Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16, 15–16). Господь после этого исповедания начал открывать ученикам тайну ожидающих Его в Иерусалиме многих страданий и смерти. Но Апостол Петр горячо и решительно стал возражать Христу: «Будь милостив к Себе, Господи! Да не будет этого с Тобою!» (Мф. 16, 22).

Но Господь Иисус Христос начал говорить Своим ученикам, что скоро Ему предстоит пострадать, быть распятому и в третий день воскреснуть. Видя, что они смутились от этих слов, Господь добавил: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем». Значение этих слов вскоре открылось им, когда Он снова собрал их недалеко от Галилейского озера.

Затем через шесть дней после этого Господь взял с Собой помолиться верховных учеников, Апостолов, которые, как повествуется в одной из стихир празднику, хотели быть с Ним и во время предания Его. Взял для того, чтобы они, видев Его Преображение, не соблазнились и не устрашились, когда наступит час Его страданий.

Иисус Христос вместе с Апостолами Петром, Иаковом и Иоанном взошел на гору. Гора эта не названа евангелистами по имени, но древнее предание указывает, что это была гора Фавор, находящаяся в Галилее, в шести километрах на юговосток от Назарета. Недалеко от этой горы Иисус Христос провел Свою юность, и, вероятно, не раз поднимался на нее и на ней молился.

Высотой почти в один километр гора Фавор величественно возвышается над окрестными равнинами, привлекая к себе взоры путников со всех сторон. С вершины ее открывается вид на Галилейское море и реку Иордан, которые находятся на восток от нее. От основания и до середины гора покрыта великолепными дубами и фисташковыми деревьями.

Восходили крутыми тропинками и, достигнув вершины, Христос оставил учеников отдохнуть, а Сам, отойдя немного дальше, начал молиться. Утомленные ученики тем временем прилегли на землю и заснули. Пробудившись от яркого света, они увидели своего Учителя в совершенно необычайном виде: Он был окружен неземным светом, лицо Его сияло, как солнце, одежды были белее снега и также необычно светились. С преобразившимся Господом беседовали явившиеся к Нему во славе Моисей и Илия – два ветхозаветных мужа, давно оставившие земное поприще. «Моисей Боговидец и Илия огнеколесничник – неопальный небошественник» свидетельствовали, «яко Той есть истинное Отеческаго Существа сияние, господствуяй живыми и мертвыми», что Он есть «Творец и Исполнитель Закона и пророков». Моисей и Илия своим явлением не только свидетельствовали о Божественности Спасителя, но и стали собеседниками Его, говоря с Ним о завершении Его спасительного подвига Крестными страданиями. Они беседовали об исходе Христа, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме, об ожидающих Его там Кресте и смерти, о конце Его земной жизни. И потому Преображение Христа «провозвещало и славное Креста ради спасительное Воскресение» и избавление мира от греха и вечной смерти, его возрождение и освящение.

Озаренный неземным светом Петр почувствовал неизреченное блаженство и воскликнул: «Господи! Как хорошо нам здесь! Сделаем три палатки: Тебе – одну, одну Моисею и одну Илии».

Не успел он закончить своей фразы, как с неба спустилось таинственное облако, которое осенило их. Из облака послышался голос Бога Отца, который сказал: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение, Его слушайте!». Испугавшись, ученики пали ничком на землю. Но Господь, подойдя, коснулся их и сказал: «Встаньте, не бойтесь!».

Поднявшись, ученики увидели только одного Иисуса Христа, но уже в Своем обычном, не преображенном виде. Моисея и Илии уже с Ним не было. Когда они спускались с горы, Господь приказал ученикам никому ничего не рассказывать об этом видении до тех пор, пока Он не восстанет из мертвых. Ученики же, не поняв слов Христа, стали спрашивать друг друга: «Что значит воскреснуть из мертвых?».

Значение этих слов они должны были понять позднее, после предстоящих Спасителю крестных страданий. А тогда беседа пророков Моисея и Илии с Христом об этих страданиях, как и Его славное Преображение, должны были укрепить их веру в Христа. Апостолы думали о страданиях своего Учителя, как о чемто позорном и недостойном Мессии. А пророки Моисей и Илия называли это Его «славой», потому что именно в Своих добровольных страданиях Господь явил всю непостижимую красоту Своей любви к погибающим людям и одновременно Свое божественное могущество над мрачным царством демонов, которые держали людей в греховном плену.

На Фаворской горе Господь Иисус Христос, преобразившись, показал Апостолам и всем верным «славу Божественного Своего зрака» (образа), славу Божества Своего, «являя началообразныя доброты благолепие, и то не всесовершенно». Удостоверяя их в Своем Божестве и Богочеловечестве, Он вместе с тем щадит их: «Да не како со зраком и еже жити погубят, но якоже можаху вмещати, телесныма очима стерпяще». Поэтому «Божества Своего малу зарю обнажи» Спаситель, сокрывая «под плотию сокровенную молнию Своего Существа и Божественнаго благолепия».

В Преображении уже ясно открывается тайна Домостроительства Божия о нашем спасении.

В Преображении Господь явил Свое «неизреченное смотрение, и милость, и многое милосердие», спасая мир, грехом погибающий.

В Преображении ясно показано обожение человеческой природы чрез воплощение Сына Божия. Христос Спаситель «очернившееся Адамово естество, преображься, облистати паки сотвори, претворив в Своего Божества славу же и светлость».

Преображение Спасителя было, в первую очередь, откровением «Царства Божия, пришедшего в силе». Действительно, на Фаворе впервые засиял перед людьми духовный свет Божественной природы Христа, до этого времени скрываемый под кровом Его человеческой плоти. Чудо состояло в том, что с физических очей Апостолов как бы спала пелена, закрывавшая от них тот мир, и они своими духовными очами увидели Христа в Его Божественной славе. Их сердца наполнил такой несказанный мир и такое блаженство, какие они никогда до этого не испытывали.

Как пишет святитель Григорий Палама, Апостолы были сделаны из слепых зрячими, восприняв с помощью Бога то, что раньше были не в состоянии воспринять.

От Сошествия Святого Духа на Апостолов и до наших дней многие христиане, в особенности святые, приобщались к фаворскому чуду и удостаивались чувствовать в себе и видеть отблески Божественного света. То всегда были для них незабываемые и счастливейшие моменты их жизни. (Ниже мы расскажем о преображении преподобного Серафима Саровского). Но Божественный свет не есть удел только некоторых избранников. Он вселяется в каждого христианина в момент его Крещения и с тех пор таинственно пребывает в нем, руководя его мыслями и чувствами. Он усиливается по мере духовного совершенствования христианина и по мере его внутреннего приближения к Богу, что особенно явно осуществляется в таинстве Причащения.

Обычно в начале своего обращения к вере, глубокого покаяния или после Крещения человек чувствует большой приток духовных сил, неизреченную радость и легкость, которые делают легким для него христианский образ жизни. Однако это состояние недолго продолжается. Чтобы человек не расслаблялся и не надмевался своими успехами, от него как бы отнимается чувство радости общения с Богом. Вдохновение уходит, христианская жизнь становится значительно труднее, потому что блаженство предназначено для будущей жизни. Однако Божественный свет продолжает пребывать и действовать в усердном христианине, хотя он и не ощущает этого. Поэтому по временам для ободрения и укрепления Господь дает ему почувствовать радость общения с Собой. И это всегда незабываемое состояние, которое нельзя объяснить тем, кто его не испытывал. В сравнении с этим блаженством все земные радости кажутся ничтожными и жалкими.

Господь Иисус Христос обещал, что после этого временного мира начнется вечная жизнь, когда «Праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их» (Мт. 13,43).

Богослужение Преображения Господня

Праздник Преображения Господня существовал уже в IV веке, как это видно из многих поучений того времени. Таковы Слова святого Ефрема Сирина и святого Иоанна Златоуста. Существование праздника в IV веке показывает, что начало его должно сокрываться в предшествующих веках христианства. От VII века сохранилось Слово на Преображение Господне святого Андрея Критского. В этом слове он рассматривает Преображение не только в догматическом смысле, но и в значении торжественного праздника Церкви. Святые Иоанн Дамаскин и Косма Маиумский составили ряд стихир и каноны на этот праздник, которыми Православная Церковь прославляет событие Преображения до настоящего времени.

В стихирах на Праздник Преображения Господня, с одной стороны, воспроизводится внешняя обстановка этого события (молитва Спасителя, сон учеников, свет горы, сияние Спасителя, появления пророков Моисея и Илии, беседа с ними Господа, страх и трепет Апостолов, голос Бога Отца и т.д.), а с другой стороны, поясняется внутренняя сторона праздника и, прежде всего, указывается цель Преображения Господня. Иисус Христос преобразился для того, чтобы уверить Апостолов в Своем Божестве и тем избавить их «устрашения» Его будущих страданий, показать «светлость» Своего Воскресения, научить тому, что люди, «облиставшие высотою добродетелей», сподобятся Божественной славы, и «облистать светом очерневшее Адамово естество». Затем делается сопоставление Богоявления Моисею на горе Хорив с настоящей беседой с Господом Иисусом и указывается, что теперь исполнилось пророчество Царя Давида, говорившего, что «Фавор и Ермон о имени Его (Господа) возрадуются». В заключение в стихирах верующие приглашаются к молитве, чтобы Господь «озарил нас светом неприступныя Своея славы».

Тропарь

Церковнославянский текст

Преобразился еси на горе, Христе Боже, показавый учеником Твоим славу Твою, якоже можаху. Да возсияет и нам грешным свет Твой присносущный, молитвами Богородицы, Светодавче, слава Тебе.

Русский перевод

Ты, Христе Боже, преобразился на горе, показавши Своим ученикам славу Свою, насколько они могли принять (видеть). И нам, грешным, да светит Твой присносущный (вечный) Свет по молитвам Богородицы. Слава (хвала) Тебе, Светодавче!

Кондак

Церковнославянский текст

Не горе преобразился еси, и якоже вмещаху ученицы Твои, славу Твою, Христе Боже, видеша: да егда Тя узрят распинаема, страдание убо уразумеют вольное, мирови же проповедят, яко Ты еси воистину Отчее сияние.

Русский перевод

На горе Ты преобразился, Христе Боже, и ученики Твои увидели славу Твою, насколько они могли воспринять, дабы когда увидят Тебя распинаемого, они уразумеют добровольное Твое страдание, и возвестят миру, что Ты воистину есть Отчее сияние.

В каноне изображается величие Преображения Господня на горе Фавор, которое могли даже избранные Апостолы Христовы видеть только отчасти, насколько позволяли силы смертных, а также слышать Божественное Откровение, бывшее с небес. Преображение Господне как бы озарило души избранных духовным светом, просветило ум их познанием Божественного достоинства Спасителя и утвердило их в вере на исполнение всех обетований Господа. Это прославленное состояние Спасителя на Фаворе есть ясное доказательство двух естеств, соединившихся в одном лице Богочеловека. Здесь свет Божеского естества сиял под покровом человеческой плоти, которая и сама по себе, как непричастная греху, была и явилась совершенной.

В Апостоле (2 Петра 1,10–19) Апостол Петр свидетельствет, что Фаворское явление славы Господа есть доказательство Божественного величия Его, что он был очевидцем величия Господа и что апостолы возвещают силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, основываясь на таком свидетельстве, а не на «хитросплетенных баснях».

В Евангелии (Матф. 17:1–9) изображается история священного события Преображения Господня.

Внешними особенностями богослужения праздника Преображения является освящение плодов и овощей, как дар Богу от произрастания Богом благословенной природы, благорастворения воздуха и заботы человека о хлебе насущном. Древний обычай освещать плоды восходит к VIII веку. Колосья и виноград приносили в храм в благодарность Богу за Его любовь, за дарование щедрого урожая. Предписания относительно этого обычая изложены уже в 3м Апостольском правиле. Основанием приурочения этого освящения именно к 6 августа было то, что на Востоке к этому времени поспевают злаки и виноград и их приносят в храм для благословения в знак благодарности Богу за дарование этих плодов, а также по прямому их отношению к таинству Евхаристии, мысль о чем выражается в самой молитве, читаемой над гроздием (виноградом). Где виноград не растет или не поспевает к этому времени, там освящаются яблоки. Яблоки, заменяющие виноград, освящаются молитвой на освящение начатков овощей.

Освящение плодов в день праздника Преображения, по учению Церкви, имеет таинственносимволическое значение: в событии Преображения Господу угодно было показать то новое, преображенное, благодатное состояние, которое человек и мир обретают Воскресением Господа и которое осуществится в общем воскресении. Вся природа, когда в мир чрез человека вошел грех, пришла в расстройство, и она теперь вместе с человеком ожидает обновления от благословения Божия. Освещение плодов – символ будущего преображения природы, символ преображения человека, пошедшего за Христом, символ Праздника Преображения Господня.

Преображение преподобного Серафима

(из воспоминаний духовного чада батюшки Серафима А. Мотовилова)

– Каким же образом, – спросил я батюшку о. Серафима, – узнать мне, что я нахожусь в благодати Духа Святаго?

– Это, ваше Боголюбие, очень просто, – отвечал он мне, – поэтомуто и Господь говорит: «Все есть просто обретающим разум». Да бедато наша в том, что самито мы не ищем этого разума Божественного, который не кичит, ибо есть не от мира этого. Разум этот, исполненный любовью к Богу и ближнему, созидает всякого человека во спасение Ему. Про разум этот Господь сказал: «Бог хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины». Апостолам же Своим про недостаток этого разума Он сказал: «Еще ли не понимаете и не разумеете? Еще ли окаменено у вас сердце?». Опять же про этот разум в Евангелии говорится про Апостолов, что «отверз им тогда Господь ум для уразумения писаний». Находясь в этом разуме, Апостолы всегда видели, пребывает ли Дух Божий в них, или нет и, проникнутые им и видя сопребывания с ними Духа Божия, утвердительно говорили, что их дело свято и вполне угодно Господу Богу. Этим и объясняется, почему они в посланиях своих писали: «Ибо угодно Святому Духу и нам» и только на этих основаниях и предлагали свои послания, как истину непреложную, на пользу всем верным, – так святые Апостолы ощутительно сознавали в себе присутствие Духа Божьего… Так вот, ваше Боголюбие, видите ли, как это просто?

Я отвечал:

– Всетаки я не понимаю, почему я могу быть твердо уверенным, что я в Духе Божием? Как мне самому в себе распознать истинное Его явление?

– Я уже сказал Вам, что это очень просто, и подробно рассказал Вам, как люди бывают в Духе Божием и как должно разуметь Его явление в нас… Что же вам, батюшка, надобно?

– Надобно, – сказал я, – чтобы я понял это хорошенько.

Тогда о. Серафим взял меня весьма крепко за плечи и сказал мне:

– Мы оба теперь в Духе Божием с тобою. Что же ты не смотришь на меня?

– Не могу, батюшка, смотреть, потому что из глаз ваших молнии сыпятся. Лицо ваше сделалось светлее солнца и у меня глаза ломит от боли…

– Не устрашайтесь, Ваше Боголюбие! И Вы теперь сами также светлы стали, как и я сам. Вы теперь в полноте Духа Божьего, иначе вам нельзя было бы и меня таким видеть.

И приклонив ко мне свою голову, он тихонько на ухо сказал мне:

«Благодарите же Господа Бога за неизреченную к вам милость Его. Вы видели, что я не перекрестился даже, а только в сердце моем мысленно помолился Господу Богу и внутри себя сказал: «Господи, удостой его ясно и телесными глазами видеть то сошествие Духа Твоего, которым Ты удостаиваешь рабов Своих, когда благоволишь являться во свете великолепной славы Твоей!». Вот Господь и исполнил мгновенно смиренную просьбу убогого Серафима… Как же нам не благодарить Его за этот неизреченный дар нам обоим? Этак, батюшка, не всегда и великим пустынникам являет Господь Бог милость Свою. Эта благодать Божия благоволила утешить сокрушенное сердце ваше, как мать чадолюбивая, по предстательству Самой Матери Божией… Что же вы не смотрите мне в глаза? Смотрите просто, не бойтесь: Господь с нами.

Я взглянул после этих слов в лицо его и напал на меня еще больший благоговейный ужас. Представьте себе лицо человека, с вами разговаривающего, в середине солнца, в самой блистательной яркости его полуденных лучей. Вы видите движение уст его, меняющееся выражение глаз, слышите его голос, чувствуете, что ктото вас руками держит за плечи, но не только рук этих не видите, не видите ни самих себя, ни фигуры его, а только один свет ослепительный, простирающийся далеко кругом и озаряющий ярким блеском своим и снежную пелену, покрывающую поляну, и снежную крупу, осыпающую сверху и меня, и великого старца. Возможно ли представить себе то положение, в котором я находился тогда?

– Что же вы чувствуете теперь, – спросил меня о. Серафим.

– Необыкновенно хорошо, – сказал я.

– Да как же хорошо, что именно?

– Чувствую я такую тишину и мир в душе моей, что никакими словами выразить не могу.

– Это, ваше Боголюбие, – сказал батюшка о. Серафим, – тот мир, про который Господь сказал ученикам Своим: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое, а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир. Но мужайтесь, Я победил мир». Вот этимто людям, ненавидимым от мира сего, избранным же от Господа, и дает Господь тот мир, который вы в себе теперь чувствуете; «мир», по слову апостольскому, «превыше всякого ума». Таким его называет апостол, потому что нельзя выразить никакими словами того благосостояния душевного, которое он производит в тех людях, в сердца которых его внедряет Господь Бог. Христос Спаситель называет его миром от щедрот Его собственных, а не от мира сего, ибо никакое временное земное благополучие не может дать его сердцу человеческому: он свыше даруется от Самого Господа Бога, почему и называется миром Божиим… Что же еще чувствуете вы?

– Необыкновенную сладость, – отвечал я.

– Эта та сладость, про которую говорится в Священном Писании: «Насыщаются от тука дома Твоего, и из потока сладостей Твоих Ты напаяешь их, ибо у Тебя источник жизни; во свете Твоем мы видим свет». Вот этато теперь сладость переполняет сердца наши и разливается по всем жилам нашим неизреченным услаждением. От этойто сладости наши сердца, как будто тают, и мы оба исполнены такого блаженства, какое никаким языком выражено быть не может… Что же вы еще чувствуете?

– Необыкновенную радость во всем моем сердце.

– Когда Дух Божий снисходит к человеку и осеняет его полнотою Своего наития, тогда душа человеческая преисполняется неизреченной радостью, ибо Дух Божий дает радость всему, к чему бы Он ни прикоснулся. Это та самая радость, про которую Господь говорит в Евангелии Своем: « Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир». Но как бы ни была утешительна радость эта, которую вы теперь чувствуете в своем сердце, всетаки она ничтожна в сравнении с тою, про которую Сам Господь устами Своего Апостола сказал, что радости той «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его».

Предзадатки этой радости даются нам теперь, и если от них так сладко, хорошо и весело в душах наших, то что сказать о той радости, которая уготована там, на небесах, плачущим здесь на земле? Вот и вы довольнотаки поплакали в жизни вашей на земле, и смотритека, какою радостью утешает вас Господь еще в здешней жизни. Теперь за нами, батюшка, дело, чтобы труды к трудам прилагая, восходить нам от силы в силу и достигнуть меры, в меру полного возраста Христова, да сбудутся на нас слова Господни: «Надеющиеся на Господа обновятся в силе: поднимут крылья, как орлы, потекут – и не устанут, пойдут – и не утомятся. Приходят от силы в силу, являются перед Богом на Сионе» разумения и небесных видений… Вот тогдато наша теперешняя радость, являющаяся нам вмале и вкратце, явится во всей полноте своей, и никтоже возьмет ее от нас, преисполняемых неизъяснимых пренебесных наслаждений… Что же вы еще чувствуете, ваше Боголюбие?

– Теплоту необыкновенную.

– Как, батюшка, теплоту? Ведь мы в лесу сидим. Теперь зима на дворе и под ногами снег, и на нас более вершка снегу, и сверху крупа падает… Какая же может быть тут теплота?

– А такая, какая бывает в бане, когда поддадут на каменку и когда из нее столбом пар валит…

– И запах, – спросил он меня, – такой же, как из бани?

– Нет, – отвечал я, – на земле нет ничего подобного этому благоуханию. Когда, еще при жизни матушки моей, я любил танцевать и ездил на балы и танцевальные вечера, то матушка моя опрыснет меня, бывало, духами которые покупала в лучших магазинах Казани, но те духи не издают такого благоухания…

И батюшка о Серафим, приятно улыбнувшись, сказал:

– И сам я, батюшка, знаю это точно, как и вы, да нарочно спрашиваю у вас, – так ли вы это чувствуете. Сущая правда, ваше Боголюбие! Никакая приятность земного благоухания не может быть сравнена с тем благоуханием, которое мы теперь ощущаем, потому что нас теперь окружает благоухание Святаго Духа Божия. Что же земное может быть подобно ему?.. Заметьте же, ведь вы сказали мне, что кругом нас тепло, как в бане, а ведь не на вас, ни на мне снег не тает и под нами также. Стало быть теплота эта не в воздухе, а в нас самих. Онато и есть именно та самая теплота, про которую Дух Святый словами молитвы заставляет нас вопиять ко Господу: «Теплотою Духа Святаго согрей меня». Ею-то согреваемые пустынники и пустынницы не боялись зимнего мороза, будучи одеваемы, как в теплые шубы, в благодатную одежду, от Святаго Духа истканную. Так ведь должно быть на самом деле, потому что благодать Божия должна обитать внутри нас, в сердце нашем, ибо Господь сказал: «Царство Божие внутрь вас есть».

Под Царствием Божиим Господь разумел благодать Святаго Духа. Вот это Царство Божие теперь внутри нас и находится, а благодать Духа Святаго и отвне озаряет и согревает нас, и, преисполняя многоразличным благоуханием окружающий нас воздух, услаждает наши чувства пренебесным услаждением, наполняя сердца наши радостью неизглаголанною. Наше теперешнее положение есть то самое, про которое Апостол говорит: «Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе». Вера наша состоит «не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы». Вот в этомто состоянии мы с вами теперь и находимся. Про это состояние именно и сказал Господь «Есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе». Вот, батюшка, ваше Боголюбие, какой неизреченной радости сподобил нас теперь Господь Бог. Вот что значит быть в полноте Духа Святаго, про которую святой Макарий Египетский пишет: «Я сам был в полноте Духа Святаго…» Этоюто полнотою Духа Своего Святаго и нас, убогих, преисполнил теперь Господь… Ну, уж теперь нечего более, кажется, спрашивать, каким образом бывают люди в благодати Духа Святаго… Будете ли вы помнить теперешнее явление неизреченной милости Божией, посетившей нас?

– Не знаю, батюшка, – сказал я, – удостоит ли меня Господь навсегда помнить так живо и явственно, как теперь чувствую, эту милость Божию.

– А я мню, – отвечал мне о. Серафим, – что Господь поможет вам навсегда удержать это в памяти вашей. Благость Его не преклонилась бы так мгновенно к смиренному молению моему и не предварила бы так скоро послушать убогого Серафима тем более, что и не для вас одних дано вам разуметь это, а через вас для целого мира, чтобы вы сами, утвердившись в деле Божием, и другим могли быть полезными. Что же касается того, что я монах, а вы мирской человек, то об этом думать нечего: у Бога взыскуется правая вера в Него и в Сына Его Единородного. За это и подается обильно свыше благодать Духа Святаго. Господь ищет сердца, преисполненного любовью к Богу и ближнему, – вот престол, на котором Он любит восседать и на котором Он является в полноте Своей пренебесной славы. «Сыне, дай Мне сердце твое! – говорит Он, – а все прочее Я Сам приложу тебе», ибо в сердце человеческом может вмещаться Царство Божие. Господь заповедует ученикам Своим: «Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это все приложится вам».

Не укоряет Господь Бог за пользование благами земными, ибо и Сам говорит, что по положению нашему в жизни земной, мы всех сих требуем, то есть всего, что успокаивает на земле нашу человеческую жизнь и делает удобным и более легким путь наш к отечеству Небесному. На это опираясь, святой Апостол Петр сказал, что по его мнению, нет ничего лучше на свете, как благочестие, соединенное с довольством. И Церковь Святая молится о том, чтобы это было нам даровано Господом Богом; хотя и прискорбия, несчастья и разнообразные нужды и неразлучны с нашей жизнью на земле, однако же Господь Бог не хотел и не хочет, чтобы мы были только в одних скорбях и напастях, почему и заповедует нам через Апостолов носить тяготы друг друга и тем исполнить закон Христов. Господь Иисус лично дает нам заповедь, чтобы мы любили друг друга и, соутешаясь этой взаимной любовью, облегчали себе прискорбный и тесный путь нашего шествования к отечеству Небесному. Для чего же Он и с небес сошел к нам, как не для того, чтобы, взяв нашу нищету, обогатить нас богатством благости Своей и Своих неизреченных щедрот. Ведь пришел Он не для того, чтобы послужили Ему, но да послужит Сам другим и да даст душу Свою за избавление многих. Так и вы, ваше Боголюбие, творите и, видевши явно оказанную вам милость Божию, сообщайте о том всякому желающему себе спасения. «Жатвы много, – говорит Господь, – а делателей мало». Вот и нас Господь Бог извел на делание и дал дары благодати Своей, чтобы, пожиная колосья спасения наших ближних через приведенных нами в Царство Божие, принесли ему плоды – кто в тридцать, кто в шестьдесят, кто же в сто. Будем же блюсти себя, батюшка, чтобы не быть нам осужденным с тем лукавым и ленивым рабом, который закопал свой талант в землю, а будем стараться подражать тем благим и верным рабам Господа, которые принесли Господину своему, один – вместо двух – четыре, а другой вместо пяти – десять. О милосердии же Господа Бога сомневаться нечего: сами, ваше Боголюбие, видите, как слова Господни, сказанные через пророка, сбылись на нас: «Разве Я – Бог только вблизи, говорит Господь, а не Бог и вдали?…и при устех твоих есть спасение твое».

Не успел я, убогий, перекреститься, а только лишь в сердце своем пожелал, чтобы Господь удостоил вас видеть благостыню во всей ее полноте, как уже Он немедленно и на деле исполнением моего пожелания поспешить изволил. Не велехваляся говорю я это, и не с тем, чтобы показать вам свое значение и привести вас в зависть, и не для того, чтобы вы подумали, что я монах, а вы мирянин, нет, ваше Боголюбие, нет! Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине, Бог же зрит на сердце, Отец любит Сына и все дал в руку Его, лишь бы только мы сами любили Его, Отца нашего Небесного, истинно посыновнему. Господь равно слушает и монаха, и мирянина, простого христианина, лишь бы оба были православные и оба любили Бога из глубины душ своих, и оба имели в Него веру, «хотя бы как зерно горчичное», и оба двинут горы. «Един движет тысящи, два же тьмы». Сам Господь говорит: «Все возможно верующему», а святой Апостол Павел громко восклицает: «Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе».

Не дивнее ли еще этого Господь наш Иисус Христос говорит о верующих в Него: «Верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду. Доныне вы ничего не просили во имя Мое; просите, и получите, чтобы радость ваша была совершенна». Такто, ваше Боголюбие, все, о чем бы вы ни попросили у Господа Бога, все восприимите, лишь бы только то было во славу Божию или на пользу ближнего, потому что и пользу ближнего Он же к славе Своей относит, почему и говорит: «Все, что вы сделали одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».

Так не имейте никакого сомнения, чтобы Господь Бог не исполнил ваших прошений, лишь бы только они или к славе Божией, или к пользе и назиданию ближних относились. Но, если бы даже и для собственной вашей нужды или пользы, или выгоды вам чтолибо было нужно и даже это все столь же скоро и благопослушливо, Господь Бог изволит послать вам, только бы в том крайняя нужда и необходимость настояла, ибо любит Господь любящих Его; благ Господь ко всем, и щедрит же и дает и непризывающим имени Его, и щедроты Его во всех делах Его волю же боящихся Его сотворит и молитву их услышит и весь совет исполнит, исполнит Господь вся прошения твоя. Одного опасайтесь, чтобы не просить у Господа того, в чем не будете иметь крайней нужды. Не откажет Господь вам и в том за вашу православную веру во Христа Спасителя, ибо не предаст Господь жезла грешных на жребий праведных и волю раба Своего Давида сотворит неукоснительно, однако взыщет с него, зачем он тревожил Его без особой нужды, просил у Него того, без чего мог бы обойтись.

Такто, ваше Боголюбие, все я вам сказал теперь и на деле показал, что Господь и Божия Матерь через меня, убогого Серафима, вам сказать и показать соблаговолили. Грядите же с миром! Господь и Божия Матерь с вами да будут всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь. Грядите же с миром!..

И во время всей беседы этой с того самого времени, как лицо о. Серафима просветилось, видение это не переставало, и все с начала рассказа и доселе сказанное говорил он мне, находясь в одном и том же положении. Исходившее же от него неизреченное блистание света видел я сам, своими собственными глазами, что готов подтвердить и присягой…

читать pdf скачать архив (1 Mb)

Поделиться: