Владимирский собор в Херсонесе Таврическом

sobor.jpg

Владимирский собор в Херсонесе Таврическом

По церковным преданиям и историческим свидетельствам, крещение Великого князя Владимира Святославича состоялось в 988 году в городе Херсонесе, или Корсуне (так его называли древние русичи, а теперь – Национальный заповедник «Херсонес Таврический» в г. Севастополе). В «Повести временных лет» преподобный Нестор Летописец упоминает про городскую соборную церковь: «посреди града, где собираются корсунцы на торг», которая, как предполагают ученые, могла быть наиболее вероятным местом судьбоносного для всей Руси события.

Впервые идея увековечивания места Крещения равноапостольного князя Владимира была высказана в 1825 году и принадлежала главнокомандующему Черноморским флотом и портов вице-адмиралу А. Грейгу. Именно по его инициативе в Херсонесе в 1827 году были проведены археологические раскопки под руководством К. Крузе, которые обнаружили руины трех древних христианских храмов, и среди них – остатки кресто-подобной в плане церкви в центре главной площади города. В начале 30-х годов XIX века историки Ф. Дюбуа де Монпере и Н. Мурзакевич предположили, что великий князь принял Святое Крещение именно в этой базилике. Таким образом все колебания по поводу определения места сооружения в Херсонесе храма во имя святого Владимира – Крестителя Руси, развеялись, и он должен был предстать над руинами древней святыни.

В 1829 году принято решение о начале всенародного сбора средств на сооружение храма – памятника Крещению. В 1843 году император Николай I указал другое место для возведения собора святого Владимира – в центре Севастополя на горе.

Строительные материалы и собранные деньги были разделены на две части, которые соответственно предназначались для возведения соборов святого Владимира в Севастополе и в Херсонесе, посвященных введению христианства на Руси.

В 1850 году ходатайством святителя Инокентия, архиепископа Херсонского и Таврического, тут была основана Свято-Владимирская обитель.

Собор в городе был заложен 15 июля1854 г., когда корабли объединенной армады Англии, Франции и Турции уже появились на рейде Севастополя. Война, разрушившая и Севастополь, и монастырские строения в Херсонесе, надолго затормозила постройку храма. Сбор средств приостанавливался и объявлялся вновь в Таврической епархии и по всей России.

10 февраля 1858 года Высочайшее разрешение на строительство храма наконец было подписано. 23 августа 1861 года императорская чета – Александр II и Мария Александровна, сопровождаемые большою свитою, после торжественного молебна, заложили первый камень храма.

Но средств для строительства храма постоянно не хватало, и строительные работы растянулись на три десятилетия. Какие только стимулирующие меры ни придумывались монастырем для продвижения строительства. После долгих переговоров согласился быть ктитором, покровителем, храма Великий князь Владимир Александрович. Однако личное участие ктитора, заложившего 14 августа1867 г. первый камень верхней церкви, не предотвратило новой остановки строительных работ по старой причине недостатка средств. Наконец в1877 г. постройка собора вчерне была завершена. До 900-летия крещения оставалось 11 лет. Десятилетие ушло на добывание средств на внутреннюю отделку. Эти работы удалось продолжить лишь в 1888 году – на 300 тыс. р., выделенных из казны с выплатой по 100 тыс. каждый год.

Так как времени до праздника Крещения оставалось мало, было принято разумное решение: не ухудшать качества внутренней отделки спешкой и к указанному

дню освятить нижнюю церковь Рождества Богородицы, где провести торжественную Литургию. Завершение всех внутренних работ осуществить в последующие три года. Но трех лет для отделки и внутренней росписи огромного храма было явно недостаточно, и завершение оформления в срок во многом определили высокая квалификация и организаторский талант главного руководителя работ академика Н.М. Чагина

Перед ним стояло много сложностей из-за краткости сроков отделки храма, но академик прекрасно вышел из затруднительного положения, организовав одновременную работу каждого из художников созданного им коллектива. В связи с этим все иконы, в том числе знаменитая «Тайная вечеря», писались А.И. Корзу-хиным не на лесах и подмостках под сводами, а в привычных условиях своей мастерской в Петербурге. В храме нижнего этажа деревянный резной иконостас, получивший широкую известность тонкостью и изяществом работы, выполнил придворный мастер Тихонов. Не уступал ему, а по мнению некоторых даже превосходил, ореховый иконостас в верхнем храме, изготовленный в мастерской Владимира Корецкого.

Арки окон первого яруса верхнего храма опирались на 54 колонны того же темного мрамора из Карары, выделяя галерею, которая шла вдоль трех фасадов. Темный мрамор колонн подчеркивал пленительную белизну мраморных баз и капителей строгого тонкого профиля. Полы первого и второго этажей были выложены мозаикой белого, красного, желтого и черного цвета. Эта гамма была обычной для средневековых храмов Херсонеса. Сочетание декоративного оформления с торжественным убранством храма производило сильное впечатление.

Церковь первого этажа была темновата, но также богато убрана. Внешний вид собора также отличался монументальностью, торжественностью и величием. В плане это была трехнефная базилика, сочетающаяся с архитектурно подчеркнутыми формами крестово-купольного храма. Расположенный на главной площади древнего города, собор занимал почти всю ее величину и поражал своими размерами. На 26-метровой высоте отливала блеском цинковая черепица огромного купола. Основание храма подчеркивалось трехступенчатым цоколем из больших блоков светлосерого гаспринского мрамора. Замена в облицовке предусмотренного проектом порфира на плиты местного песчаника теплого желтоватого оттенка оказалась как нельзя более оправданной для зрительного восприятия здания, не допустив контраста с окружающими древними постройками. В акте приема строительных работ, подписанном академиком Д.И. Гриммом, отмечалось, что все части храма были выполнены из материалов превосходного качества, правильно, тщательно и прочно, с применением новейших требований строительной техники, так что вообще исполнение постройки не оставляет желать ничего лучшего и может считаться образцовым как в техническом, так и в художественном отношении.

Это был один из самых больших соборов страны: высота –36 м, общая площадь – 1726 кв.м., диаметр купола –10,5 м. Собор мог вместить до тысячи верующих.

Работы по убранству храма начались только накануне празднования 900-летия Крещения Руси. Расписать и украсить грандиозный собор до знаменательной даты не удалось, поэтому 13 июня 1888 года ко дню памяти святого равноапостольного князя Владимира был освящен только Нижний храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы, в котором был установлен деревянный резной иконостас. В том же году начались работы по обустройству интерьера Верхнего храма, руководство которым было поручено архитектору Н. Чагину. Росписи и иконы для центрального иконостаса Херсонес-ского собора исполнил академик живописи А. Корзухин. Кроме того, в интерьере храма были использованы исполненные в 50-е годы XIX века живописные произведения академика Т. Неффа и художника П. Рисса, иконы мастеров И. Майкова и Е. Сорокина. Мраморные работы (иконостас Верхнего храма, мозаичный пол собора, мраморная балюстрада вдоль солеи и т. д.) были исполнены итальянскими мастерами Й. Сеппи и братьями Баскарини. Стены облицованы темным и светлым каррарским мрамором, арочные окна первого яруса опирались на мраморные колонны, образуя таким образом галерею. Полы украшала мозаика, в окна вставили цветные стекла.

Собор святого Владимира имел пять престолов, которые освящали в несколько этапов: сначала нижний храм во имя Рождества Богородицы, это произошло 13 июля 1888 года, в годовщину 900-летия Крещения Руси. 17 октября 1891 года, в день спасения царской семьи в Борках, освятили главный престол собора. Это торжественное событие состоялось в присутствии обер-прокурора Синода К.П. Победоносцева. И наконец 12 июля 1892 года освятили южный придел в честь князя Александра Невского. В том же году в соборе установили иконостас.

Иконостас главного храма сделали из мрамора, на правой его стороне был позолоченный резной деревянный киот. На нем в два яруса разместились восемь образов, их венчал купол с крестом. Перед киотом стоял мраморный постамент для возложения святых мощей князя Владимира с надписью: «О Преблаженне и Всехвальне Княже Владимире, мир и здравие и твердую державу моли подати Императору нашему и велию милости». На левой стороне иконостаса такой же киот, воздвигнутый в честь чудесного спасения царской семьи при крушении поезда 17 октября 1888 года. Перед киотом стоял аналой для возложения складня с образом Спаса Нерукотворного, который был с императором в тот печальный день.

Торжественное освящение главного престола Князь–Владимирского собора совершил 17 октября 1891 года архиепископ Таврический и Симферопольский Мартиниан (Муратовский), причисленный к лику святых. Его имя носит правый боковой придел в Нижнем храме собора. В этом приделе погребены тела архиепископа Мартиниана, скончавшегося в1898 г., и настоятеля монастыря преосвященного Иннокентия (Солотчина), скончавшегося в1909 г. Левый престол собора освящен во имя святого Апостола Андрея Первозванного.

В алтаре Верхнего храма хранился список чудотворной иконы Корсунской Божией Матери. Это одна из икон, написанных апостолом Лукой в I веке, она хранилась в городе Эфесе. Список с иконы привезла византийская принцесса Анна в Корсунь, а затем 9 октября 988 года ее перенесли в Киев. Со святителем Иоаки-мом Корсунянином икона попала в Новгород, там она хранилась в Софийском соборе. В 1571 году русский царь Иван Грозный покорил новгородцев и перевез в Москву Корсунскую и Иерусалимскую иконы Божией Матери, поместив их в Успенском соборе.

В XII веке полоцкая княгиня Предислава, в монашестве Ефро-синия, основала Спасский женский монастырь. Там возвели две церкви: во имя Всемилостивого Спаса и во имя Пресвятой Богородицы. Ефросиния отправила посла к греческому царю Манушу и патриарху Луке Хрисовергу с просьбой доставить ей икону Божией Матери из города Эфеса. Образ перевозили через Херсонес, где икона находилась несколько дней по просьбе жителей. В 1239 году князь Ярослав благословил этой

иконой брак своего сына Александра Невского с дочерью полоцкого князя Брячис-лава Александрой. Она привезла образ с собой и поставила в Торопецком Богоро-дицком соборе.

В Нижнем храме рядом с историческими руинами древней базилики на месте купели установлена плита из темно-серого мрамора с белым крестом, а рядом находится аналой с надписью: «Часть мощей святого Благоверного Великого князя Владимира, перенесенная в Херсонский монастырь в июле месяце, по повелению в Бозе почившаго Императора Александра II». Эта ценнейшая реликвия была передана в собор из Малой домовой церкви Зимнего дворца в Санкт-Петербурге в 1859 году. Купель и аналой ограждает ажурная решетка из белого мрамора.

Среди святынь собора частицы мощей 115 святых, прославленных в Православной Церкви.

Ко дню 900-летия крещения Руси при большом стечении народа был освящен нижний храм Рождества Богородицы. В октябре1891 г. был освящен верхний соборный храм в честь Святого равноапостольного князя Владимира и еще годом позже, в1892 г., храм в южном приделе – в честь Святого благоверного князя Александра Невского. Три десятилетия переживаний и трудных забот завершились.

В 1922 году из монастырских храмов, в том числе и Владимирского собора, были изъяты утварь и вещи, изготовленные из золота и серебра, драгоценные камни.

svs01.jpgПрихожане собора святого Владимира и монахи заключили с Севастопольским горрайисполкомом договор о передаче в их пользование Херсонесского монастыря. А вернее было бы сказать, той его части, которая оставалась еще не занятой. Однако Херсонесской обители не было дано даже недолгой спокойной жизни. В том же 1922 году организуется музей на Херсонесском городище. Дирекция музея потребовала выселить с его территории воинскую часть, инвалидов и монахов, прекратить богослужения в церквях, мотивируя это тем, что «посетители означенных церквей, гуляя по усадьбе, производят разрушения памятников, портят древонасаждения, ломают заборы, проходя к морю и т.п. Закрывать же в определенные часы ворота, при существовании там приходских церквей, не представляется возможным».

svs02.jpg В 1924 году церкви монастыря были закрыты. Прихожане обратились к властям с просьбой пересмотреть это решение, предлагали найти способ сосуществования музея и монастыря. Например, установить определенное время для богослужений, тем более что они проводятся утром и вечером, когда туристов не бывает, все остальное время в храмах могли бы проводиться экскурсии. Община просила оставить им храм Святых Семи Священномучеников, который не представлял исторической ценности. Но эти предложения верующих не были поддержаны властью. Тогда верующие направили жалобу в Президиум ВЦИК, и пока их дело рассматривалось, в храмах проводили службы. Общине также передали мощи святых, хранившихся ранее во Владимирском соборе. В ковчеге в виде Евангелия находились мощи святого князя Владимира, в другом ковчеге, закрытом серебряной пластиной, сохранялись мощи 94 святых. Их имена были написаны над отверстиями, сделанными в пластине и залитыми слюдой. В икону святого Сергия Радонежского был вмонтирован медальон овальной формы с его мощами. Однако в декабре 1924 года была проведена кампанию по вскрытию святых мощей.

В 1925 году вопрос о закрытии монастырских храмов был решен окончательно, а церковное имущество перешло музею. В его фонды поступило 517 книг, 9 карт, альбом Севастопольской обороны, 11 древних икон, 2 живописных картины, облачения священников.

svs03.jpg В бедственном положении оказались восемь монахов, проживших в монастыре более двадцати лет. Это были люди преклонных лет. У них не было родственников, с которыми они могли бы жить. Монастырь стал для них родным домом. После закрытия храмов монахи остались без средств к существованию, их выселили в гостиничный дом, где за комнату следовало платить 3 рубля. Даже мебель им не позволили взять с собой – теперь она стала собственностью музея. Но как жить без стола, стула и кровати, где взять денег, чтобы оплатить жилье, людям, посвятившим свою жизнь Господу Богу? Монахи обратились к властям с просьбой оставить их в родном монастыре. Их просьба была удовлетворена: восемь монахов доживали век в своих кельях на территории монастыря, которого уже не существовало – единственным хозяином здесь стал Херсонесский музей.

Последняя служба в монастыре была отслужена во Владимирском соборе в 1926 году в престольный праздник. Отныне собор святого Владимира стал историческим и архитектурным памятником.

После закрытия собор обветшал и стал разрушаться, имущество неоднократно грабили. Например, в сентябре 1925 года в собор пробрались грабители, которые разобрали часть крыши и разбили стекла. Через дыру в крыше проникла вода и серьезно повредила стенную живопись храма.

Во время Великой Отечественной войны в собор попала бомба, от взрыва которой разрушился купол. А весной 1944 года по приказу немецкого оберста Кольба собор заминировали, от взрыва провалились перекрытия, поддерживающие ярусы, по стенам пошли трещины. Погибли, оставшись совершенно незащищенными, остатки внутреннего убранства.

После войны собор долгое время стоял разрушенным, даже к 1000-летнему юбилею Крещения Руси не нашлось денег на его восстановление. Руины собора возвышались над развалинами древнего города и сами казались такими же древними – трудно было поверить, что еще в начале века это был величественный и очень красивый храм.

svs04.jpg В 1992 году Владимирский собор вновь передали Церкви, прихожане привели в порядок приделы и северный притвор Нижнего храма и начали проводить богослужения. А в 1997 году Кабинет министров Украины принял решение о восстановлении храма. Проект воссоздания храма разрабатывался киевским институтом «Укрпроектреставрация» под руководством архитектора Евгения Осадчего, эскизы религиозной живописи внутреннего убранства собора выполнены художниками Санкт-Петербургской Академии художеств А. И. Петровой и А. С. Пигаревым в 2001 году. С 2002 года во Владимирском соборе была воссоздана роспись художниками из Киева, Санкт-Петербурга и Крыма, которые восстановили утраченную живопись академиков А. И. Корзухина, Т. А. Неффа, монументальные композиции: в куполе «Святой Дух», «Крещение Господне», «Преображение Господне» и центральная композиция в алтаре храма «Тайная Вечеря». Иконы для мраморного иконостаса Верхнего храма были написаны художниками А. и Н. Дмитренко по эскизам А. Пигарева и А. Петровой.

5 мая 2002 года в соборе прошла первая Пасхальная служба. В тот же день вновь зазвучал колокол на берегу моря.

У этого колокола своя, очень интересная история. Он был отлит в 1776 году из трофейных пушек, захваченных у неприятеля во время русско-турецкой войны 1768-1774 годов, и установлен в монастыре. Во время Крымской войны французы вывезли колокол в Париж, спустя годы он был обнаружен на звоннице собора Парижской Богоматери (Нотр-дам де Пари). Много лет раздавался над французской столицей его голос, пока в 1913 году французы, в знак дружбы с Россией, не вернули колокол на родину, в Херсонес, где его подняли на звонницу Владимирского собора. Херсонесский колокол не только призывал на службу монахов, он служил звуковым маяком: в тумане его голос предупреждал корабли, находящиеся в море, о близком скалистом береге. Когда в 1925 году монастырь закрыли и сняли все колокола, один установили на берегу для звона в ненастную погоду. Им оказался тот самый, вернувшийся из Франции. Его узнали по изображениям на боках: с одной стороны святой Николай, с другой – неизвестный святой, стоящий на луне, и тексту, который уже тогда сохранился не полностью: «сей колокол… вылит… святого Николая Чудотворца в Таганроге из турецкой артиллерии весом… пуд (вес колокола 315 пуд) 1776 года месяца августа… числа». Колокол пережил две войны: гражданскую и Великую Отечественную, следы от пуль и осколков на его медных боках свидетельствуют о тех грозных годах. И все же херсонесский колокол уцелел и по-прежнему возвышался на крутом берегу. Но в 60-е годы XX века его лишили языка, и колокол замолчал. Только иногда неугомонные мальчишки бросали в него камешки и слышали в ответ негромкий звон. Но вот закончилось молчание колокола — и у Владимирского собора началась новая жизнь.

Летописец№ 7 (40), 2012

Поделиться: