Прощение — не поступок, а состояние души

Как быстротечны дни! Не успели оглянуться, а уже половина Вели­кого поста позади. И хотя большинство прихожан не впервые проходят эти ежегодные испытания духа и тела, всякий раз возникают проблемы, словно нарочно сбивающие нас с избранного пути. Не случайно, напут­ствуя своих духовных чад перед началом поста, настоятель храма про­тоиерей Георгий Вольховский вновь и вновь напоминает о том, что с течением времени проходить его все сложнее, а испытания год от года становятся все жестче для постящих. Но, наверное, потому и предпи­саны нам посты, чтобы глубже заглянуть в свое сердце, и, может быть, победить хоть одну из страстей, затаившихся там. Об этом мы говорила накануне преполовения поста с протоиереем Глебом Вольховским член редколлегии нашей приходской газеты Нина Данилова.

Отец Глеб, в разговорах с при­хожанами не раз доводилось слы­шать, что с годами трудности телесного поста, как правило, вол­нуют все меньше, но сохранить ду­шевное спокойствие, внутреннюю сосредоточенность на духовных во­просах весьма непросто. Чего нам недостает для этого? Как следует вести себя, чтобы пройти пост, как надлежит христианину, а не так, как навязывает окружающий мир? Тем более, в такое сложное время, как нынче.

- Думаю, каждому христианину понятно, что пост, в первую очередь, направлен на борьбу с нашими страс­тями. Это — особое оружие, которое предлагает нам Церковь для духов­ного возрастания. Ведь мы, чаще все­го, по своей сути многосуетны, многозаботливы, да все не о том. Во время постов Церковь словно призывает нас собрать свои духовные силы, аккуму­лировать их, и всем вместе, хоть не­надолго остановившись в житейской суете и водовороте мирских страстей, обратить внимание на проблемы ду­ховные, которых у каждого из нас очень много.

Часто мы даже не осознаем этого, но Церковь напоминает о том, что эти язвы, «черные дыры» души, именуе­мые нашими страстями, существу­ют, и если они не будут залечены, не видать нам Спасения и Вечной жиз­ни. Тот, кто преисполнен страстями и скверной грехов, не может войти туда, где святость, благодать и чистота Божья.

Для того и даны нам посты, чтобы очистить себя от скверн. Пост — это время, когда мы должны обратить внимание на то, что разделяет нас с Богом, и постараться преодолеть это. Говоря о посте, нередко начинают с вопроса воздержания от определен­ных видов пищи. Для людей, далеких от Церкви, внешне, пожалуй, пост так и выглядит, но он абсолютно не пре­следует цель оградить человека от каких-то продуктов, якобы скверных или греховных. Нет и еще раз нет! Прежде всего, пост — и телесный, и духовный — направлен на то, чтобы подвигнуть нас бороться со своими страстями, и, в частности, с такой на­чальной, самой примитивной из них, однако не менее опасной, как чрево­угодие. Сам момент воздержания должен помочь человеку обуздать в себе чрево и его «диктаторские на­клонности», явив, тем самым и Богу, и себе, и даже сатане, что не чрево руководит нами, но мы должны и мо­жем руководить им.

Но сам по себе пост не может и не должен заключаться лишь на воз­держании от той или иной пищи и «гастрономических» ограничениях. Страсти многогранны, поэтому пост не мыслим без внутреннего воздер­жания своих помыслов, очей, ушей от греха. В наше лукавое время именно это становится очень сложным. Есть немало людей, которые искренне считают себя безгрешными, вполне здоровыми нравственно.

- Ну, может быть, где-то когда-то что-то было сделано не так, — говорят они, — но с тех пор прошло много лет, и все изменилось.

И когда Господь посылает им какие-то скорби, они искренне вос­клицают: «За что же мне это?!».

Но Господь посылает нам скорби не за «что-то», а для нашего вразум­ления. Для того, чтобы мы осознали, какие-то свои пороки и постарались их исправить. В частности, для того, чтобы мы трезво оценивали себя. Считать себя безгрешными, духовно состоявшимися людьми — крайняя степень гордыни! Но Господь мило­стив, Он не просто прощает нас, но и помогает в нашей борьбе с собой, пусть мы и не всегда осознаем это.

- Однако мы, если и меняемся, то чрезвычайно медленно и мало. Гото­вясь к исповеди, многие из нас, на­верное, обращались к советам свя­тых отцов, написанным в помощь кающимся. В них есть достаточно четкие определения грехов против Заповедей Божиих — от первой до последней. Поразительно, но, вчи­тываясь в них, понимаешь, что гре­шишь, не желая того, практически, против каждой из Заповедей.

- В этом нет ничего необычного. Господь дал нам всего десять Запо­ведей, но они настолько всеобъемлю­щи и многогранны, что обнимают со­бой всю нашу жизнь — в каждом шаге, каждом слове. И мы каждым своим шагом либо соблюдаем, либо не со­блюдаем их, но, к сожалению, редко задумываемся об этом.

Осознать всю глубину Божиих Заповедей помогают и Заповеди Блаженства, которые Господь дал в Евангелии. Готовясь к исповеди, тру­дясь над собой, следует исходить из духовного анализа падшей человече­ской природы, а рассматривать свою душу через призму Заповедей и об­раз Христа.

Святые отцы определяли челове­ческую природу как страстную, что является неотъемлемой частью каж­дого, подчеркиваю, каждого человека. Страсти многогранны, но святые отцы выделяют восемь главных из них: чревоугодие, любодеяние, сребролю­бие, гнев, печаль, уныние, тщеславие и гордость. Причем, гордость — наи­тяжелейшая из них. Не случайно ее называют матерью всех страстей.

Все эти страсти есть у каждого, просто выражаются по-разному. К примеру, уже упоминаемое прежде чревоугодие. Это, в первую очередь, угождение плоти. Оно может быть раз­ным. У кого-то это чрезмерный аппе­тит вплоть до обжорства, а кто-то ест мало, но самое дорогое и изысканное. Так же проявляется и страсть блуда. Внешне человек может хранить су­пружескую верность, но помыслы его будут осквернены. То же можно ска­зать и обо всех других страстях. Мы все и сребролюбивы, и печалимся, и поддаемся лени, которая есть не что иное, как выражение уныния.

- Но как не впасть в него, раз уж мы так обременены пороками?

- В нашей борьбе с ними нам есть на Кого уповать. Нужно просить Гос­пода о духовной поддержке в этом не­легком противостоянии, и Он никого не оставит без помощи. Он помогает нам в благодатном укреплении, кото­рое дарует через Таинства Церкви, а еще — через неблагоприятные об­стоятельства, которые попускает, что­бы мы увидели свои страсти. Как мы, к примеру, будем бороться со своей обидчивостью, если никто не будет нас обижать? Жития святых расска­зывают нам о том, что многие из них страдали от трудных обстоятельств, имели жестоких, подчас даже при­дирчивых руководителей. Но они воспринимали все это с благодарностью Богу. Через трудности Господь указы­вал им на то, с чем нужно бороться.

Примечателен в этом отношении пример Иоанна Дамаскина. Будучи уже известным богословом, он посту­пил в монастырь и был определен в послушание к одному грубому и даже жестокому старцу, который запретил ему писать труды и молитвословия и направил чистить выгребную яму монастыря. Наверное, многие бы из нас разобиделись на этого старца, считая себя достойными более ответ­ственного и почетного послушания. Но Иоанн Дамаскин понял, что в этом и заключается его иноческий путь, ко­торый он должен пройти, чтобы стать ближе к Богу.

Нередко в дни Великого поста уси­ливаются искушения, приходят скор­би — извне или от наших близких, и важно учиться правильно восприни­мать их. Неспроста мы начинаем пост, испрашивая прощения друг у друга и примиряясь со всеми. Но всегда ли мы осознаем, что прощение — это не поступок, а состояние души? А при­мирение — не одноразовый акт, а, сво­его рода, задел на будущее, который помогает понять, что скорби, которые кто-то нам причиняет, являются, по сути, ступенями лестницы духовного восхождения к Богу. Поэтому всем нам стоит учиться спокойно воспри­нимать то, что задевает и даже оби­жает. Еще лучше — делать это с благо­дарностью.

Но! Тут есть еще один чрезвычай­но важный аспект. Нам самим нельзя оставаться спокойными, если мы оби­дели кого-то!

Из нашего искаженного грехом сердца исходят поступки, соответ­ствующие этому искажению. Одна­ко, как христиане, мы должны всегда стремиться подражать Христу. Хрис­тос же, когда был на Земле, никогда никого не обидел. Он обличал чело­веческий грех, но не человека. Как мудрый лекарь борется с болезнью, а не с больным, так и Христос был ис­полнен сочувствия к людям.

Церковь — не то место, где чело­век может услышать осуждение в свой адрес. Так должно быть. Если Христос отделял человека от греха, который плотно вплелся в человече­скую жизнь, то, как же мы смеем по­ступать иначе? Видя согрешающего, не лучше ли понять, что он нуждает­ся в братской помощи, чем осудить его? Если мы считаем себя членами Церкви Христовой, то не имеем пра­ва кого-либо осуждать и, тем более, обижать.

«Мне отмщение, и Аз воздам», — сказал Господь. Эти слова напоми­нают нам, что прерогатива судить кого-либо принадлежит Ему. Нам, духовно слепым и примитивно мыс­лящим, нельзя судить других. Вспом­ним псалмопевца Давида. Мы знаем о том, что Церковь почитает его, что он — Израильский царь, пророк, пред­вещавший пришествие Христа, автор проникновенных строк о человече­ском покаянии. Но если бы мы полу­чили возможность спросить о Давиде его современников, боюсь, услышали бы иные характеристики: это власт­ный и жестокий правитель, который ради плотских утех пролил кровь своего военачальника. Верно ли это мнение? Оно однобоко. От глаз со­временников было скрыто многое из того, что было открыто для Бога и известно сегодня нам. Мы знаем его как искренне верующего, с сердцем, преисполненным покаяния. Настоль­ко искреннего, что Господь дал ему возможность выразить это в псал­мах, причислил через Свою Церковь к лику святых. Вот и во всех осталь­ных случаях Церковь призывает нас смотреть не по сторонам, а на себя, сосредоточивать свой духовный взор на своем сердце, тем более, что всем есть о чем скорбеть.

- Но все ли грехи могут быть прощены?

- Любой грех простится челове­ку, но хула на Духа Святого «не про­стится… ни в сем веке, ни в будущем» (Мф. 12:32). Это значит — ни в нынеш­ней, земной, жизни,ни в небесной.

Мы Духом Святым получаем очи­щение от грехов по мере нашего ис­креннего покаяния. Хула же на Духа Святого — это есть полная нераскаян­ность сердца и полное отвержение прощающей, очищающей благодат­ной силы, которая дается Духом Свя­тым. Нет покаяния — нет и прощения.

Наше глубокое покаяние, на­чавшееся с осознания собственных грехов, станет той «дверью», через которую Дух Святой сможет войти в душу кающегося. Главное, чтобы ис­поведь была искренней, не формаль­ной, тогда она даст желаемый резуль­тат. Я бы сравнил это с осознанием больным своей болезни, без которо­го он не почувствует необходимости обратиться к врачу. Так и покаяние. Если человек идет на исповедь с осо­знанным желанием очиститься от страстей и грехов, с настоящим не­приятием своей греховности, только тогда его покаяние чего-нибудь стоит и будет спасительным для него. Тог­да Господь дарует его душе тот мир, который позволяет, как сказано в мо­литве Оптинских старцев, «молиться, надеяться, верить, любить, терпеть и прощать». Великий пост — прекрасное время для осознания этого.

Летописец№ 3 (72), 2015

Поделиться: