Покаяния отверзи мне двери, Жизнодавче…

ПАССИЯ

Чудны дела, Твои, Господи! Воистину чудны.

За что Ты любишь нас и почему спасаешь? Разве мы достойны Твоей Божественной Любви? Зачем, ведомый любовью Своею, оставил Ты Свои Небесные чертоги и  пришел на землю? Разве достойны мы Твоего посещения? Зачем Ты с младенчества страдаешь за нас? Не мы за грехи свои, а Ты, Безгрешный, за нас! Где же тут справедливость?

Почему, Ты, Царь Вечности, должен спасаться от злобы царя земного, Ирода, вознамерившегося погубить Тебя? Почему не он бежит от Тебя, спасаясь от Твоего Лучезарного Света, но Ты бежишь от него? Почему не караешь злобного царя? Потому что Ты Любовь и пришел не карать злодеев, но спасать грешников, из которых я первый. Это ради меня Ты пришел, и ради него, Ирода. И это я, как Ирод, вместе с ним гоню Тебя от себя своими грехами.

Почему Ты, Господь Вседержитель, уничижил Себя и принял на Себя образ раба? Это мы должны уничижаться, поклоняться и служить Тебе. Но уничижился Ты, а не я. Это ради меня Ты уничижил Себя. И в уничижении Ты отложил до времени употребление Своей Божественной власти и силы. А я не понимаю этого. Не хочу понимать. Не хочу видеть.

Как и Ирод, который в ослеплении страстей решается на преступление, так и я хочу творить только свою волю, преступая Закон. Закон совести. Закон Любви. Но страсти ослепляют,  и заглушают. Совершенно заглушают совесть, потемняют разум. Безумием исполняют сердце, изгоняя из него Любовь.

Почему бежишь Ты в Египет? Разве Ты – не Царь Вселенной, и земля разве – не подножие ног Твоих? Но ты бежишь потому, что не имеешь здесь, на земле, сотворенной Тобой, пребывающего града земного, не имеешь даже где главу «подклонить». Хозяин всего, Ты здесь, как странник и пришелец. А я, как Ирод, считаю, что что-то свое имею здесь на земле. За это и держусь, к этому привязан сердцем. Какое уж тут Небо?  Я, будучи странником и пришельцем на этой земле, живу так, как будто я хозяин всего. Чего? А ведь кроме своих страстей, ничего больше нет во мне, а то, что есть у меня, в скорости отнимется. Отнимется моей смертью.

Мудрость Твоя не такая, как человеческая. Она   отличается от нашей, отличается от моей. Она всегда исполнена Любовью. Истинной Любовью Отца к неразумным детям. И в этой Любви Ты идешь на все. Идешь на все ради нас, ради Твоих детей. Ты нам и мне протягиваешь и протягиваешь руку спасения. Твоя протянутая рука в Твоем уничижении, в Твоем страдании…

Страдание – это всегда боль. Боль за предавших тебя детей. Что может быть больнее? Боль за детей и боль от детей, поднявших на Отца руку. Что может быть больнее? Боль от детей, вбивающих гвозди в Твои Отцовские руки. Что может быть больнее? Боль сердца. Боль любящего сердца. Что может быть больнее? Что в сравнении с этим, физическая боль? Мера Твоих страданий – наши грехи. Но это не просто мера и не просто страдания всех легли на одного. Эта мера еще страшней, потому что это дети возложили свое страдание на Отца. Потому что творение возложило страдание на Творца. Потому что злоба возложила страдание на Любовь. Потому что грех возложил страдание на Святость.

Любовь и боль… Это любовь и боль за нас, отпавших, предавших, не любящих, поносящих, ненавидящих… погибающих. За нас и за меня.  Это любовь, зная что ее ожидает, подвигла сойти из Вечности, принять образ раба, смириться и в послушании пойти на страдание, пойти… на смерть, понеся чужие немощи, чужие грехи, чужую боль и Свой Крест. Пойти молясь. Молясь, когда «душа скорбит смертельно». Молясь, «чтобы, если возможно, миновал… час этот…  Авва Отче! Все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты».  Ведь, если Крест не понести – погибнут они. Погибнем мы. Погибну я. Поэтому «предается Сын Человеческий в руки грешников». Поэтому  «приблизился предающий Меня».

Кто предает Тебя? Иуда? А может я? «Если и все предадут, но не я… хотя бы мне надлежало и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя». А страсти подсказывают: «Не знаю Человека Этого».

«Какое же зло сделал Он?». Но грехи «еще сильнее закричали: Распни Его!». Распни Его! Какое же зло сделал Он? Какое? А Он любил. Так возлюбил Он мир, что пошел на Голгофу, «дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел Жизнь Вечную».  Всякий!  И я… Прости Господи, ибо не ведаем, что творим… Не ведаем…  А в Его страдании, проявление Его бесконечной любви!

Ты Любишь. Ты любишь бесконечно. И в Своей бесконечной любви, Ты даешь и даешь мне возможность признать Тебя, Владыку Вселенной и Царя Вечности, и в Твоем бегстве от Ирода, и в образе раба, и в лике ничего не имеющего странника… и на Кресте. Ведь, какая заслуга признать Тебя, Бога, когда Ты явишься во славе? Мы и перед земными владыками лебезим. Но признать Тебя Богом, победив в себе гордость, склонившись перед Твоим уничижением, перед Твоим страданием и смертью… В этом Твоя протянутая рука спасения. И поэтому Ты пришел к нам, ко мне, в Своем рабском воплощении являя все величие Своего Божества и всю безграничность Своей Отцовской Любви. Покаяния отверзи мне двери, Жизнодавче…

Аминь.

Протоиерей Георгий ВОЛЬХОВСКИЙ

Поделиться: