ПО СТОПАМ АНТОНИЯ СУРОЖСКОГО

Мои паломнические поездки и походы начинались с территории Крыма еще в 90-е годы уже теперь прошлого века и приняли частый и массовый характер в начале 2000х. Я не мог представить себе тогда и с трудом осознаю сейчас, что духовная территория Крыма, если так можно сказать, простирается далеко за пределы известного географического положения. В честь Стефана Сурожского, летняя резиденция которого размещалась близ современного Судака (ранее Сурожа), где сейчас находится Кизилташский монастырь, Митрополитом Антонием Сурожским была названа епархия РПЦ в Великобритании, которую он и возглавлял до конца своей земной жизни. По аналогии с этим епархию РПЦ, окормляющую православных христиан, изначально русских эмигрантов Франции, Швейцарии, Испании, Португалии, в числе которых когда-то был Андрей Блум – будущий митрополит Антоний, с центром в Париже назвали Корсунской, по одному из древних названий нынешнего города Севастополя, ранее известного как Херсонес или Корсунь.

Трудно переоценить духовное значение крымской земли в истории христианства вообще и особенно в развитии христианства на нашей земле. Говоря о Крыме, прежде всего вспоминаем апостола Андрея Первозванного, пришедшего на нашу землю оттуда, вспоминаем одного из первых священномучеников – Климента, пострадавшего вблизи Херсонеса, мощи которого взяли с собой просветители славян Кирилл и Мефодий, отправляясь в наши края. И, конечно же, самым первым воспоминанием для христиан нашего прихода будет крещение князя Владимира. Господу было угодно, чтобы с крымской земли, просиявшей многими святыми, христианство пришло на Русь. И не только на Русь – уже в XX веке проповедь христианства, духовно связанная с Крымом, с именем Стефана Сурожского зазвучала в Лондоне, Великобритании и по всему миру благодаря обильным миссионерским трудам Митрополита Антония Сурожского. И это происходило в тот очень трудный для нашей Церкви исторический момент, когда в самом Крыму и на всей территории СССР такая проповедь была невозможна. И с именем Корсуни-Херсонеса, колыбели нашего христианства, сейчас связана другая колыбель – Корсунская епархия, рождающая православных христиан в странах Западной Европы.

Военно-политические события последних лет и многовековая история Крыма тоже говорят об одном – его особом значении. Почему именно Крым – это не подвластно человеческому уму, но, часто ночуя в палатке в Крымских горах, я всегда чувствовал и осознавал, что это земля святая, где особенно теплой бывает молитва в радостно-умиротворенным сердце.

Теперь, когда я не бываю в Крыму, Господь сподобил меня посетить места, связанные с жизнью Антония Сурожского. Ранее я писал о посещении Лондона, а недавно посчастливилось побывать в Париже, помолиться, исповедаться и причаститься в кафедральном храме Трех Святителей, прихожанином которого был Андрей Блум. Храм маленький, внешне не похожий на храм, но именно он был и остается православным центром Парижа. Многие прихожане его стали известны во всем мире. Но не в известности и славе мирской суть и плоды христианства. Прежде всего суть и соль христианства – в Любви. На братской трапезе после Литургии, которая служится там ежедневно на славянском языке с проповедью на русском и французском  (ежедневно совершаются и вечерние богослужения – любовь и молитва не перестают) меня с любовью принял иеромонах Иоанн. Монах Серафим, который был в этот день на Литургии, оказался родом из Днепра (!), а сам храм среди огромного Парижа был всего в 1 км от гостиницы, в которой я поселился (при выборе гостиницы я об этом не знал). Мне казалось, что я дома, в окружении близких людей, что мы давно знакомы – так наверное и должен чувствовать себя христианин в церкви –  и очень жаль, если мы сами в своем приходе и в своей семье не являем такой любви.

Я свидетельствую насколько могу о неизреченной любви, милости и чудесах Божьих ко мне, проявившихся таким образом в связи с Крымом, Корсунем, Стефаном и Антонием Сурожскими. Свидетельствую словами, так как беден на дела и слаб в вере, но даже и на мою веру, не достигшую горчичного зерна, Господь отвечает обильной любовью. Да и вся наша жизнь, сама возможность разумного существования и ощущения радости есть величайшая тайна любви Творца ко творению, которую нам еще предстоит постичь.

Р. Б. Александр ЛИФИНСКИЙ

P.S. Мало православных христиан в Париже и вероятно христиан вообще, все меньше европейцев, все больше различных культур. Внешний идол возвышается над городом – Эйфелева башня, подобная недостроенной Вавилонской. И внутренний идол – золотой телец, сребролюбие, заставляющие бешено крутиться деловую жизнь столицы. Все очень дорого и много просящих милостыню – не меньше чем у нас. Но пока есть праведники, пока духовность не иссякла, пока приносятся ежедневно бескровные жертвы, пока рождаются и воцерковляются христиане, Парижу не грозит судьба Содома и Гоморры. Надеюсь и Украину минет чаша погибели.

Я прилетел в Париж в день церковного новолетия и был там в непростое время для Украинской Православной Церкви. В Париже действует около 30 православных приходов различных автономных Церквей и все они находились в общении и любви. Конфликт с иерархами Константинопольской Церкви из-за Украины угрожает любви и согласию между православными христианами во всем мире. Отец Иоанн с прихожанами молится о нас и вместе с нами о нашей многострадальной земле и Церкви.

iver

Поделиться: